Когда увольняют «за интернет»: 8 историй беспечности

Всё чаще работодатели просят соискателей указывать свои аккаунты в социальных сетях. Всё чаще сетевая активность и неосторожность становятся причинами для увольнения. RJob попросил рассказать о таких случаях.
Когда увольняют «за интернет»: 8 историй беспечности

На человека без аккаунта в соцсетях сейчас смотрят с подозрением – мол, есть что скрывать. А для некоторых вакансий — например, журналист, копирайтер, SMM- и PR-менеджеры — необходимо активное наполнение странички или личного блога.

Однако многие до сих пор считают, что страничка ВКонтакте интересует только их друзей, и поэтому относятся к публикациям на ней весьма беспечно.

Майор Росгвардии был уволен за фотографии в плавках на пляже. Краснодарского судью уволили за фотосессию на рабочем месте, которая хоть и была абсолютно приличной, но сопровождалась неоднозначными комментариями. С молодой учительницей физкультуры из Подмосковья пришлось расстаться из-за фотографии, где она позирует на барной стойке, с алкоголем и сигаретами. Стюардесса пошутила в Твиттере над авиакатастрофой в Индонезии — уволили. SMM-менеджер Сбербанка поглумился над пенсионерами с корпоративного аккаунта — разумеется, уволили. Такие истории известны и не единичны. Уволить могут и за меньшее. Но не все пострадавшие обращаются в суд или обсуждают свою проблему — они уходят по собственному желанию, понимая, что жизни в этой компании им уже не будет.


Таня, телеведущая, 29 лет

Меня уволили не совсем из-за соцсетей, но они стали последней каплей. Коллега захотела занять мое место в эфире, и поэтому стала осторожно и методично под меня копать. Ее подруга работает в местном новостном интернет-издании, которое, кроме прочего, публикует сплетни про знаменитостей городского масштаба. И там то одна статейка про меня всплывет, то другая — например, фотографии и комментария «Телеведущая такая-то вышла на променад с собачкой. К сожалению, наш корреспондент застал лишь конец прогулки, и неизвестно — убирает ли Татьяна за своей собакой, как призывает об этом с телеэкранов?». Мелочь, вроде бы, но неприятно. 

У меня в ВКонтакте лежала небольшая профессиональная фотосессия, доступная только друзьям. Ничего провокационного или порнографического, даже на 16+ не тянуло. Всё очень красиво с точки зрения техники. И вот несколько фотографий из этой фотосессии появляются в том издании с намеком, мол, там есть и похуже, но нас могут читать дети, так что мы стыдливо умолчим. Сразу же посыпались комментарии, подозреваю, что часть из них были липовые: как же так, лицо телеканала, как она может публично оголяться.  Коллеги начали косо смотреть, с эфира меня сняли, перевели в корреспонденты…

Конечно, я могла стоять до конца - но терпеть травлю сил не было, и я уволилась. Мне до сих пор интересно, кто же из моих друзей слил эти фотографии.

Так что мне теперь урок - минимум фотографий в соцсетях и никому не доверять.


justine Sacco.jpg
Джастин Сакко, бывший PR-менеджер (США), была уволена за расистский твит: «Отправляюсь в Африку. Надеюсь, не подхвачу там СПИД. Шучу! Я же белая».


Светлана (про Виктора, программиста, 32 года)

Это история моего мужа. До свадьбы со мной он жил в гражданском браке и расстался с женой очень некрасиво. В последние три года его дела пошли очень хорошо, и ему предложили престижное место в Германии. В Facebook он подробно описывал свой переезд, добавил новое место работы в анкете в LinkedIn, рассказывал о том, что у него трехмесячный испытательный срок, но он абсолютно уверен в себе. Я с ребенком и с котом переехала к нему.

Всё шло прекрасно.

А в день окончания испытательного срока начальство сообщило ему, что его не могут принять на работу. И намекнули, что вряд ли он вообще найдет место в хорошей немецкой компании. Выяснилось, что бывшая жена внимательно наблюдала за его соцсетями, вычислила все адреса и послала начальству несколько скринов с его старого аккаунта в одном из блогов. А там он скачивал нацистские марши и фотошопил фашистского орла. Сам он не нацист, и никогда им не был - просто кто-то попросил скачать музыку, а картинка с орлом была для набора лайков. Но начальство эти объяснения не удовлетворили и оно предпочло избавиться от проблемного сотрудника.

Рабочую визу не аннулировали, поэтому мы сейчас всё ещё живём в Германии, но работает он в русскоязычной компании и получает в два раза меньше, чем мог бы в немецкой.


Ирина, фрилансер-копирайтер, 27 лет

Я работала в школе, учителем обществознания. Отношения с ребятами были нормальные – мне было тогда двадцать пять, я была в курсе молодежной моды, мемов, своя в доску. При этом я четко знала об имидже учителя — ничего лишнего в соцсетях, никаких непристойных картинок или провокационных репостов. Ничего политического, никакой обсценной лексики. Именно такой у меня и была моя основная страничка: фотография, настоящие ФИО, репост только из правильных групп, посвященных истории, культуре или искусству.

Но у меня был другой аккаунт. С аватаркой вместо фото и с фальшивым никнеймом. И вот именно под ним я и была известна в узких кругах как автор-слэшер, специализирующийся на мпрег. (Слэшер – автор рассказов гомосексуальной тематики, героями которых выступают персонажи известных книг или кинофильмов: Холмс и Ватсон, Торин и Трандуил и т.д.; мпрег – рассказы о мужской беременности.) Никакой пропаганды, просто кружок авторов и читателей по интересам.

Однажды у меня во время уроков было окно, и я решила проверить отзывы к своему рассказу. Открыла свой ноутбук и не заметила, как через плечо ко мне заглянула одна из учениц. И она такая: «Ирина Викторовна, так это вы!». Оказывается, она сама читает эти рассказы, и я ее любимый автор. Я, конечно, попросила ее об этом молчать и сделала внушение, что подобные тексты не для ее возраста. Но…

Девочка отчасти выполнила обещание и никому в школе не рассказала. Но зато она тут же похвасталась в комментариях к тому рассказу, что автор — ее учительница. А дальше уж вычислить меня не составило труда. Кто-то нашел в сети родителей одного из учеников и написал им письмо – мол, смотрите, чем его преподаватель занимается. Меня вызвали к директору и та предложила: или я ухожу по собственному желанию, или меня увольняют по пункту 8 статьи 81 ТК РФ. А это уже фактически «волчий билет». 

Конечно, я ушла сама. Может быть, нужно было бороться, отстаивать свои права, но я решила не рисковать. Сейчас я фрилансер. Хочу пересидеть еще год-два и тогда попробовать снова пойти в школу. 


Юлия (про Марину, менеджера, 25 лет)

Наша коллега ушла на недельный больничный в самом конце важного отчетного периода. На оставшихся свалилась дополнительная работа, и некоторые даже брали работу на дом, в шутку завидуя коллеге.

А потом кто-то прислал руководителю скрин с ее инстаграма, где Марина сфотографирована на фоне пляжа — как раз в тот день, когда она якобы должна быть дома. Подняли документы и выяснилось, что больничный липовый, а она попросту улетела по горящей путевке на море. И погорела на собственной глупости и хвастовстве.

Конечно, ее уволили тут же. 


Читайте также: Прячьте селфи – рекрутер выходит в соцсети!


Ольга (про Татьяну, менеджера, 34 года)

Когда в компании сменилось начальство, нам запретили в течение рабочего дня сидеть в соцсетях и на развлекательных порталах. Конечно, мало кто послушал. Поэтому у нас перекрыли доступ к ВКонтакте, Facebook, Одноклассникам и прочим известным ресурсам. Тогда люди стали просматривать их через телефон.

А потом мы сильно затянули сроки одного заказа, клиент потребовал выплатить неустойку и директор устроил скандал. Нам были предъявлены скрины наших страниц в соцсетях, на которых было видно, что мы находились в них аккурат в рабочее время, а кое-кто имел смелость еще и писать там какие-то комментарии. В том числе и ответственная за этот проект. Ее и уволили в итоге — «за неисполнение трудовых обязанностей». 


Наталья (про Евгения, корреспондента, 23 года)

У нас в редакции очень лояльно относятся к соцсетям. Даже приветствуется, если корреспондент постит тематические околорабочие фотографии — с интервьюируемой звездой, в интерьерах какого-нибудь завода, в каске или медицинском халате. Считается дополнительной рекламой материала.

Пришел к нам в прошлом году работать новый мальчик, только-только из университета.  Поработал пару месяцев, вроде не глупый, странички в соцсетях ведет активно, язык неплох — есть перспективы сделать хорошего журналиста. А тут культурный обозреватель попадает на больничный, и мальчика посылают в концертный зал на открытие сезона. И мы с ужасом наблюдаем, как в течение концерта у него на странице появляются фотографии пошарпанных кресел в концертном зале, отслоившегося куска штукатурки, спины дирижера, напряженного лица скрипачки… И подписи ядовито-издевательские, вроде «В нашем городе ничего хорошего нет, даже музыкантши красивые все поразъехались».

Скандал был большой. Концертный зал отобрал у нас аккредитацию, директор грозил в суд подать за оскорбление коллектива, министр культуры вызвал директора издания на ковер… К счастью, на широкую публику это не всплыло, удалось погасить конфликт в кулуарах. Мальчика тут же уволили задним числом, сделали целую серию хвалебных репортажей про коллектив филармонии, но на важные мероприятия нам больше приглашений не присылают, вынуждены или пропускать, или идти за свой счет.


Владимир (про инженера на заводе)

Мой брат работает на производстве (нефть и газ). Все сотрудники подписывают документ, где указано, что на завод нельзя приносить фотоаппараты, видеокамеры и мобильные телефоны с камерами. Это требование у них появилось семь лет назад, после того, как один молодой сотрудник сделал отчет для ЖЖ о своем дне с подробными фото и видео рабочего места. Сотрудника уволили сразу же, всем сделали строгое внушение и составили этот документ. 


Елена, преподаватель, 37 лет

Я погорела на собственной неосторожности. Написала в комментариях к одному из обсуждений ВКонтакте, что мне не нравится, как у нас ведется преподавание на факультете и что я бы сделала всё по-другому. И как раз в это время вышло распоряжение ректора, что нужно провести сокращение штатов и оставить только тех преподавателей, у кого полная ставка. Собирается заседание кафедры для распределения нагрузки на следующий год, на котором у меня отбирается половина курсов и у меня остается 0.5 ставки. Я говорю — позвольте, но я ж тогда попаду под сокращение? А декан, улыбаясь, отвечает — так вам же всё равно тут не нравится?

Так что технически уволили меня по сокращению штата, но на самом деле…


Можно долго спорить о том, где в Интернете заканчивается частная жизнь и начинается престиж фирмы. Можно обсуждать насколько правомочны те или иные увольнения и кому из уволенных стоило подавать в суд. Однако стоит помнить, что за всеми нами следит не только Большой Брат, но многочисленные «родственники» — коллеги, начальники, служба безопасности и просто неравнодушные люди. Не стоит давать им повод.

© Елена Щетинина, RJob

Елена Щетинина Rjob

При использовании материалов сайта rjob.ru указание автора и активная ссылка на сайт обязательны!


Интересно:

Работодатели Подмосковья: музей-заповедник Мелихово 
Наёмный труд и интеллектуальная собственность: как защитить свои права 

Оставить комментарий к статье

Гость
Гость


Комментирование доступно только после авторизации


Также комментирование доступно при авторизации через любую из социальных сетей



Комментарии 0